![Проблема понимания материи Проблема понимания материи](/uploads/posts/2011-11/1320519788_materiya.jpg)
Параллельные Вселенные стали возможны "благодаря" свершившемуся вкладу теории относительности в наши представления о мироздании. Неоднозначность исторического хода событий, как будет показано в дальнейшем, возможна уже в рамках СТО, ибо этот умозрительный феномен «свободно вытекает» из относительности одновременности. Но безумные построения, названные в 1905г «свободными от противоречий», оказались достаточно трудными для осмысления даже умами самых проницательных Землян. Задержалось, как видим, научное осознание СТО, открывшей глубочайшую суть мироздания. Трудами престижных университетов отставание выправляется, и так мы на качественно новом уровне предстанем перед проблемой доказательства реальности мира, в котором живём. Если разум допускает реализацию Прошлого в вариантных оселенных, то с разумом стало плохо, очень плохо. Он уже готов к переходу от "мира сего" в мир расщепляющейся Вселенной. Относительность одновременности в СТО неразрывно связана в ней с востребованностью пустого пространства. Именно из-за этого вклада в понимание материи, никчемной её роли в структуре мироздания, к теории относительности будет сохраняться неослабевающий интерес. Таким образом здесь признаётся ведущая роль СТО в презрении здравомыслия. Видимо, можно назвать две основные причины, ведущие к рождению теорий, которые стыдно назвать научными. Первое - это отставание развития наших представлений о материи . Современная физика увлечена теориями различных пространств, идеальных понятий, попытки связи которых с реальностью приводит к мистификации действительности. Проблема понимания материи, став многовековой, всё ещё проходит стадию накопления идей смелых, интересных или ошеломляющих, временами обращая проблему вспять. Усиление тяги к философскому идеализму, широкое распространение "богоискательства", в принципе всё по той же причине, - эти явления сопровождали общественную и научную жизнь в начале ХХв, сейчас повторяются. В этот период возрождается религиозная мистика, расцветает невразумительное теоретизирование, наиболее смелые плоды которого могут быть объявлены гениальными. Переломный момент естествознания характерен отступлением от философских достижений предшественников, философской неразберихой. Вспомним, как последователи одной школы (почта единомышленники!) украсили оттенками мысли взгляды своего признанного предшественника, что оригинал превратился в антипод. Если сами физики в теории и в эксперименте находят структуру реальности соответствующей их безумным и немыслимым построениям, то каково самочувствие не столь высоко подготовленного в математике философа, оказавшегося на просторах теоретических полей. Сколь весом их жалкий, хорошо, если не испорченный, здравый смысл перед колоссом научных (и научно-технических) достижений? Достижения науки не столь уж редко стоят на её заблуждениях, конкретика которых проясняется лишь в ретроспективе. С заблуждениями же «в пути» не столь легко разобраться, и потому приходится довольствоваться пониманием материи пустотной (по великолепному определению В.В. Низовцева) физики. Накопляющиеся факты, однако, взывают к здравомыслию, и они привели в последнее время к новой волне критики ТО, что сторонники релятивизма иногда связывают с имевшими место в прошлом с антисемитскими и (или) политическими выпадами против автора теории. Всё это было, но причина вновь и вновь возникающей волны антирелятивизма глубока научная. Релятивизм мистифицировал реальность и борьба с ним должна сосредоточиться вокруг понимания материи. Речь, разумеется, не о силовом столкновении и не о потоке враждебных выпадов. Момент времени возникновения новой волны антирелятивизма неслучайно совпадает с происходящим в России клерикальным наступлением, что усложняет ситуацию. Но победить должна наука. Вторая проблема - это проблема науки и образования, её можно считать следствием первой, но это принизило бы роль образования, как такового. Приходиться признать, что потенциал науки, сколь не высок он в различных специализированных дисциплинах, обеспечивших прокорм и размножение народонаселения Земли, этот потенциал оказался просто ничтожным в деле воспитания в человеке рационального мировоззрения, в деле философского осмысления окружающей нас реальности. Совокупность полученных знаний о Природе всё ещё не избавляет человечество от веры в Создателя. До сих пор высшее образование не является препятствием к исповедованию замшелых представлений о мироздании. Стыдно слушать, что порою доносят до нашего уха радиоволны, а университетское образование ещё и куёт кадры творцов научно-чудотворного происхождения Вселенной. И опять эта проблема замыкается на недоразвитости представлений о материи. Возвратимся к цитируемой статье, над которой "надо сосредоточиться", "уйти в себя". Заметим, глубокое сосредоточение над безумной гипотезой с медицинской точки зрения опасно, а постижение её смысла, может оказаться полностью бесполезным. ...Не исключено, теория Эверетта сможет объяснить некоторые болезни [ оценят эту помощь медики],... [и даже] объясняет, почему история так запутана и неоднозначна [медицина к история - вот подлинное чудо -переплелись в ошеломляющей нас квантовой механике!]... Сам Хью Эверест повторил судьбу большинства гениев, умерших в безвестности [с той особенностью, что непризнанные современниками гении, осознавая значение своего открытия, посвящают ему жизнь и умирают в нищете]. Не выдержав споров с оппонентами, он удалился от науки [в бизнес, оставив науке немыслимое построение]... Что касается науки, теория о множественности Вселенных постепенно приобретает характер общепринятой аксиомы... Хотя научная принятость теории множественной Вселенной журналистом преувеличена, последняя мысль сформулирована правильно: дух безумствования в физике получил права гражданства, ещё до Эверетта.
Заканчивая знакомство с незабытой теорией необходимо отметить, что разговор о передовых достижениях современной физической мысли обязывает обратиться к не столь изысканной лексике, что в некоторой мере оправдывает стиль данного повествования. Теория Эверетта, совершенно справедливо, не бред сивой кобылы, а продукт человеческого ума. Всё же учтивое академическое "не верю" не закрывает теории расщепляющейся Вселенной путь к научному объяснению некоторых болезней. Такое объединение наук может сократить популяцию квантомехаииков. А вот академический отказ от "других объяснений реальности" просто пугает. Теперь что угодно немыслимое может обернуться реальностью параллельного мира. Исчез аргумент обычного здравомыслия «этого не может быть!», не говоря о том, что отточенная логика доказательств «от противного» поставлена под сомнение. Запутанность и неоднозначность истории объясняется проще, без параллельных Вселенных, если, конечно, имеется ввиду неполнота доставшегося нам исторического материала, а не неоднозначность самой Истории или неоднозначность прошедшего времени. Бог не подарил нам сквозной хронологии при возникновении письменности, не обязал Землян описывать все значимые события, а описанное беречь, как зениу ока, и уж тем более не уничтожать. Но создателям немыслимой теории нужны не простые объяснения, а поиск хоть каких подтверждений их построений. А если на теорию, приобретающую характер общепринятой аксиомы, посмотреть глазами человека, не зараженного идеей всесилия математики, то возникает не восхищение очередной немыслимой гипотезой, а ощущение потери реализма и разгрома Российской материалистической школы. '"Нельзя не отметить и сделанное по пути красноречивое определение «серьёзных учёных» (конечно, сотрудников университетов и институтов АН), которые верят «немыслимым теоретическим построениям». Можно сказать, что квантовой механики не понимает никто. Слово "понимание" в данном контексте требует уточнения. А. Эддингтон гордился тем, что он из тех немногих, кто понимал теорию относительности и немало сделал для её популяризации. Позволим себе утверждение, что понимание Эддингтона не может быть принято рациональным мышлением. Его (и не только его) понимание есть восхищение чем-то примечательными математическими преобразованиями (что, разумеется, может зажечь интеллектуальный огонь индивидуума на всю жизнь) с незамеченными ошибками, но не понимание физической сути теории, которой в ней нет. В ТО математики ещё приняли изображение некого подобия реальности в четырёхмерном пространстве. Но в квантовой механике физика столкнулась с проблемами дуализма и причинности, не решаемыми расширением списка независимых аргументов уравнений, что и вызвало такое отчаяние Фейнмана. В итоге осталась возможность осмысления реальности лишь на теологическом уровне. Современный термин, сочетающий в себе рекламу новейшей мысли и презрение устаревшей. В расчёте на академический уровень подготовки и с учетом внимания самого слова "понимание" Лев Борисович обозначил предельный "коэффициент понимания" современных научных трудов. Теперь представьте себе, сколь много любопытного может наговорить воодушевлённый экзотическими теориями выпускник университета или молодой учёный, если он пишет, упирая на интерпретацию фактов своими предшественниками. Именно это он и пишет. Воспитанная релятивизмом современная академическая наука не замечает аргументов против теории относительности. Причин такого положения можно назвать много. Это здоровый консерватизм науки, как таковой, предсказание теорией относительности новых явлении, сложившаяся философская поддержка, развитый теоретический аппарат релятивизма, внедрение его в практику, достаточное многообразие его кажущихся доказательств и умелое (не встречавшее должного отпора) отсечение противоречий. Равнодушное созерцание противоречий можно объяснить осознанием безысходности, поскольку не было решения проблемы опыта Майкельсона, не было в физике достойной рациональной альтернативы. Физика сдалась релятивизму. И всё же, всё это вместе взятое не должно было оставить серьёзных учёных равнодушными к разрушительным для ТО фактам. Но кроме чисто научных в науке происходят и другие процессы. Развиваясь в духе поддержки победившей идеологии и подавления проигравшей, физика вводит запреты на критику спорной теории и предпочитает мифы: Теория относительности разрешила весь клубок противоречий, связанных с эфиром, и позволила с единой точки зрения охватить явления оптики движущихся тел. В этом сильном выводе авторы опираются на богатый экспериментальный материал, далее мы увидим, к чему привело игнорирование критики СТО. А пока посмотрим на замысел, который позволил с единой точки зрения охватить явления оптики движущихся тел.